В Челябинской области родителям ребёнка, «набитого тряпками», выплатят первую компенсацию

Речь о решении по делу № 2–2452/2026 (2–8575/2025), вынесенном Центральным районным судом Челябинска 14 апреля 2026 года. Дмитрий и Елена Ершовы просили суд взыскать со Следственного комитета РФ за счёт средств казны компенсацию морального вреда в размере 300 тысяч рублей за нарушение прав при расследовании уголовного дела.

— Пока мы ждём объективного расследования обстоятельств смерти сына, нам пришлось в судебном порядке добиваться даже соблюдения базовых процессуальных гарантий, — рассказал Дмитрий Ершов «Пчеле».

Судом установлено, что при рассмотрении обращения и жалобы потерпевших были допущены нарушения требований уголовно-процессуального законодательства: жалоба участников уголовного судопроизводства своевременно не была рассмотрена. Фактически это лишило родителей возможности своевременно получить процессуальную защиту и обжаловать действия должностных лиц.

По результатам рассмотрения дела суд признал незаконным бездействие руководителя следственного органа и взыскал компенсацию морального вреда в сумме 20 тысяч рублей с Российской Федерации в лице Следственного комитета России за счёт средств федерального бюджета.

— Для нашей семьи эта сумма является не вопросом материальной выгоды, — подчеркнул Дмитрий Ершов. — Принципиальное значение имеет сам факт признания государственным судом: наши права были нарушены теми органами, которые по закону обязаны обеспечивать их защиту и гарантировать объективное расследование.

История семьи Ершовых связана с тяжёлой трагедией — смертью новорождённого ребёнка при обстоятельствах, которые, по мнению потерпевших, требуют всесторонней проверки.

— В рамках одного из уголовный дел расследуются обстоятельства возможного ненадлежащего оказания медицинской помощи, однако спустя длительное время расследования мы продолжаем добиваться проведения всех необходимых следственных действий и получения ответов на ключевые вопросы. Вместо того, чтобы сосредоточиться исключительно на защите своих прав как потерпевших и ожидании объективного расследования, мы с супругой вынуждены самостоятельно обращаться в суды, чтобы добиться исполнения элементарных процессуальных обязанностей следственного органа.

Дмитрий Ершов отметил, что особую тревогу у его семьи вызывает то, что уголовное дело продолжается уже длительное время, несмотря на наличие значительного объёма материалов, требующих оценки.

— Вместо полноценного исследования всех обстоятельств происходящего предпринимаются действия, которые могут привести к прекращению уголовного дела без получения ответов на все поставленные вопросы, — отметил Дмитрий. — При этом ранее назначенные исследования и экспертизы имеют принципиальное значение для установления объективной картины произошедшего.

Об истории семейной трагедии

Сын Елены и Дмитрия Ершовых родился 29 сентября 2022 года. Беременность протекала без осложнений, а все скрининги показывали, что малыш абсолютно здоров. Однако уже через несколько часов после родов врачи сообщили родителям, что у ребёнка тяжёлый порок сердца и синдром Дауна. При этом никаких документов, подтверждающих диагноз, семье так и не предъявили. Позже мальчика без ведома родителей перевели в другую больницу. Оттуда пришла информация, что у него произошёл разрыв лёгких. Супруги уверены: младенца подключили к аппарату ИВЛ неправильно, что и стало причиной трагедии. Спустя 14 дней мальчик умер.

В заключении о смерти указано, что причиной стали врождённый порок сердца, отёк головного мозга, бронхопневмония, общий атриовентрикулярный канал. После похорон семья решилась на эксгумацию, чтобы установить точную причину смерти. Однако в теле ребёнка не оказалось органов, оно, по словам отца, было «набито тряпками».

По факту смерти мальчика было возбуждено два уголовных дела — по части 1 статьи 293 УК РФ (халатность) и по части 2 статьи 109 УК РФ (причинение смерти по неосторожности). Уголовное дело о халатности было возбуждено из-за отсутствия внутренних органов в теле ребёнка. У следствия были основания полагать, что они отсутствовали в результате халатности должностных лиц ГБУЗ «ЧОПАБ» (Челябинское областное патологоанатомическое бюро). Впрочем, обвинение в рамках этого уголовного дела никому не было предъявлено. А в августе 2026 года к уголовному делу о причинении смерти по неосторожности было присоединено уголовное дело по пункту «в» части 4 статьи 327 УК РФ по факту подделки подписи Елены Ершовой с целью сокрытия другого преступления.

В ноябре 2025 года следственный комитет в четвёртый раз отменил постановление о прекращении уголовного дела о халатности по факту смерти мальчика. В последующем данное уголовное дело было соединено с основным уголовным делом. В феврале текущего года семья Ершовых пожаловалась на разглашение данных предварительного следствия и попросила провести проверку из-за этого, но им отказали. Чуть позже, тоже в феврале, Ершовы обратились к главе СКР Александру Бастрыкину с заявлением о том, что местный следователь СК препятствует расследованию дела и злоупотребляет полномочиями. Они попросили руководителя ведомства разобраться также с тем, что сообщение о преступлении не было зарегистрировано должным образом.

В начале марта 2026 года родители выиграли в суде одно из дел — Центральный районный суд признал незаконным бездействие должностного лица областного следственного управления СКР. А спустя месяц, то есть, через 3,5 года после трагедии, новый глава СК Челябинской области передал в другой отдел дело о ребёнке, «набитом тряпками».

Спустя почти четыре года после случившейся в больнице трагедии, Ершовы обратились в суд с иском о компенсации морального вреда, запросив 14,5 миллиона рублей. В середине июля Центральный районный суд Челябинска начал рассмотрение этого иска.

Фото: предоставлены Дмитрием Ершовым