В ЧОКБ впервые после начала пандемии коронавируса пересадили почку от матери к дочке

Почку пересаживали дочке Юлии Сагитовой, страдавшей поликистозом, от мамы Гульсияр Сагитовой. Врачи нефрологического центра наблюдали девушку почти 20 лет. Благодаря правильному лечению, наступление хронической почечной недостаточности удалось отодвинуть на максимально длительный срок. Инициатором пересадки стала мать. Она прошла все необходимые подготовительные процедуры и идеально подошла реципиентке по всем параметрам.

— Обследовали маму, не нашли никаких противопоказаний, решились на пересадку. Чтобы не инвалидизировать человека и не привести его к почечной недостаточности, донора проверяем как космонавта перед полетом, делаем обследование всех систем-сердечно-сосудистой, ЖКТ, неврологической и исключаем все очаги инфекции и хронического воспаления, — рассказала руководитель Центра патологии почек ЧОКБ, главный внештатный нефролог МЗ ЧО Людмила Журавлева.

Гульсияр Сагитова очень переживала за дочь, которой пришлось жить без двух почек больше двух месяцев. А теперь говорит, что шутит дома: «Если Юля много воды пьет, я говорю — осторожнее с моей почкой!».

В операции приняли участие московские специалисты из ФГБУ «НМИЦ ТИО им. ак. В. И. Шумакова» Минздрава России, а также заместитель директора НМИЦ Игорь Милосердов и хирург Станислав Садовников.

— В случае родственной пересадки наша ответственность за донора крайне велика. Орган изымается у полностью здорового человека. Безопасность родственного донора всегда приоритетна. Наша задача — не допустить ухудшения его здоровья. Поэтому мы обратились за помощью к директору НМИЦ академику Сергею Готье, который организовал поездку своих специалистов, — объяснил главный трансплантолог МЗ ЧО, руководитель Центра трансплантологии ЧОКБ Александр Полторак.

Операции шли одновременно на двух столах, на одном изымали почку, на втором происходила трансплантация. На одном происходило изъятие органа, на другом — трансплантация реципиенту.

Воспользовались щадящей методикой — через несколько небольших проколов на животе. Обширных уродливых шрамов и ран после такой операции нет, реципиент может быть выписан домой уже через несколько дней.

— После того, как переболела ковидом, креатинин прыгнул уже до 1000. Я не могла пропускать диализ, а сына надо было с кем-то оставлять, когда я ездила на диализ, — поделилась реципиент Юлия Сагитова. — На диализе у меня давление поднималось до 200.Постоянно препараты от давления, угнетенное состояние, очень тяжело и морально, и физически. Я его еле выносила, за беременность похудела на 10 кг. Последнюю неделю даже не ела. Малыш сначала был в реанимации, после родов домой попал только через 2 месяца.

Теперь эти мучения позади.

Гульсияр Сагитова отметила доброе отношение медперсонала, Она выразила признательность врачам:

— Врачи вообще замечательные. Все как-то по-доброму. Даже когда после операции меня привезли, Александр Евгеньевич мне сам бандаж надевал. Я не видела никогда такого. Поэтому я очень благодарна и люблю, наверно, их очень.

В Челябинской области первую трансплантацию почки провели в 2009 году, с тех пор их было пересажено 160. Сегодня, по статистике Центра трансплантологии,1200 южноуральцев живут благодаря гемодиализу, из них 236 находятся в листе ожидания на трансплантацию почки. Челябинская область — один из самых густонаселенных регионов, поэтому количество пациентов с нарушением функции почек — одно из самых высоких в России. Соответственно, потребность в таких операциях очень высока.

Ранее челябинские онкологи удалили 10-сантиметровую опухоль в животе беременной пациентки. А челябинские кардиохирурги «залатали» сердца двух пожилых пациентов.

Фото Натальи Малухиной