«Это не хоспис»: как в отделении паллиативной помощи ГКБ № 5 безнадёжные больные получают второй шанс

— Вы слышите, как в отделении тихо? — спрашивает журналистов заведующая Кира Маляр. — Это значит, что все получают должную обезболивающую терапию. Ступени терапии, умение работать с препаратами — всё отработано, есть чёткий алгоритм оказания помощи. Пациенты получают именно такую дозу лекарств, которая снимает симптомы, но при этом позволяет продолжать жизнь, общаться, смотреть программы, заходить в живой уголок.

Трагические истории необезболенных пациентов, людей, непрерывно страдающих от мучительных симптомов, были на слуху до появления в системе здравоохранения отделений паллиативной помощи. Но в последние годы на этот аспект обратили внимание, и теперь такие тяжёлые пациенты получают качественную медпомощь и достойно проводят свои заключительные дни жизни. Хотя летальность далеко не стопроцентная. Об этом рассказывает заместитель главного врача по лечебной работе Антон Шардыко.

— Есть два типа людей. Одни считают, что наше отделение — это хоспис, и ожидают, что пациенты умрут. Другие впечатляются красивым словом «паллиативное», рассчитывают на какое-то своеобразное лечение, которое приведёт к выздоровлению. К сожалению, выздоровления мы не ожидаем. Но снять боль и симптомы — это немаловажно.

Антон Шардыко поделился тем, что набрать персонал в отделение было сложно. Многие врачи, особенно молодые, не выдерживали психологически. Но за последние полтора-два года коллектив пополнился медиками, работавшими на самых сложных участках, например, реаниматологами. Они прошли специальное обучение и теперь плечом к плечу работают с самыми тяжёлыми случаями.

В отделении работает центр респираторной поддержки. Он предназначен для тех, кто не может сам дышать и без помощи погибнет от острой дыхательной недостаточности.

— Они поступают к нам на долечивание при отсутствии у них реабилитационного потенциала. Но коллектив у нас настолько профессиональный, что люди начинают дышать самостоятельно и уходят домой своими ногами. Конечно, нас радуют такие случаи, они показывают, что на всё воля божья — и воля докторов, — говорит Антон Шардыко.

К слову про волю божью — прямо в отделении есть комната духовной поддержки, или, как называет её одна из пациенток, 70-летняя Светлана Горбатова, «наша святая обитель, уютная, намоленная».

— В церковь мы не можем пойти, а здесь — пожалуйста, подходим к иконам, берём свечечки, и от свечечки идет святой дух. К нам приходит батюшка, с причащением никому не отказывает. Я считаю, что в каждом медучреждении, где тяжелые больные, должна быть маленькая святая обитель. Помолишься — и становится легче.

Кира Маляр возглавляет отделение с первого дня — с 1 июня 2018 года. Сначала в отделении было 42 койки, потом оно расширилось — появилось вышеупомянутое респираторное отделение, которое стало особенно актуальным по времена пандемии. Позже добавились две бригады выездной патронажной службы, чтобы пациенты могли получать помощь не только в стенах больницы.

— Когда мне предложили работу с паллиативной помощью, я побывала в нескольких городах, посмотрела, как устроены эти отделения, и стало ясно, что просто обычная больница не может предоставить весь необходимый комплекс услуг. Это и юридическая помощь, и психологическая, и на дому, и в стенах самого отделения. А ещё арт-терапия и ещё много приемов, чтобы пациенты чувствовали себя лучше. Главная цель паллиативной помощи — улучшение качества жизни, — говорит заведующая.

Поэтому сейчас отделение выглядит необычно. 

Здесь сделано всё, чтобы пациенты не просто лежали в палатах, а могли в любой момент, когда у них есть на это силы, почувствовать хотя бы немного радости жизни. 

Есть зооуголок, выставки картин, арт-терапия, даже проводятся творческие мастер-классы. 

Со всем этим помогает фонд благотворительной паллиативной помощи «Пеликан». А ещё помочь больным, поговорить с ними приходят сёстры милосердия.

В ответ на вопрос, как попасть в отделение, Кира Маляр подчеркивает: социальный статус пациента не имеет никакого значения.

— Важны только медицинские показания, а решение выносит медкомиссия. В каждой больнице есть кабинет паллиативной помощи, они доставляют заявки, и по мере освобождения мест мы их одобряем. Стараемся действовать максимально быстро, потому что наши пациенты не могут ждать, у них мало времени и мучительные симптомы, с которыми жить невозможно. Многие знают, как страдают онкобольные пациенты, но мучаются люди и с сахарным диабетом, и с ВИЧ-инфекцией, и другие, мы призваны им помочь.

Отделение в пятой больнице — не единственное в Челябинске, но самое большое. И со своими особенностями.

— В окнодиспансере лежат те, кому требуется специфическое лечение. В восьмой больнице на Горького есть отделение на 14 коек, которое называют хосписом. Туда поступают самые тяжелые больные с минимальным сроком дожития, — объясняет Кира Маляр. — Мы же ориентированы по-другому: берем тяжёлых, но стараемся их выхаживать, чтобы их жизненный потенциал реализовался, они могли жить настолько долго и активно, насколько позволяет здоровье. У нас крупнейшее отделение. А если, как и планируется, откроем второй этаж с ещё 14 койками, будет самое большое отделение в стране.

Всё о врачах и медицинской помощи в Челябинске и регионе читайте на «Пчеле» по тегу «Медицина».