Ночной дуэт органиста Хомякова и музыканта «АукцЫона» Волкова: как это было

Музыкальным родником для цикла ночных концертов Владимира Хомякова Free Jazz Night послужил как раз «Джаз на большом органе». Так повелось, что гала-концерты единственного тогда не только в России, но и в мире джазового фестиваля на большом органе всегда были длиннее обычных раза в два, если не больше. Но в 2015 году, когда челябинский орган переехал в новый концертный зал «Родина», этот традиционный итоговый концерт впервые был назван ночным. А затем родилась традиция ночных концертов Владимира Хомякова и приглашенных им музыкантов в рамках программы Free Jazz Night.

Всего состоялось пять музыкальных встреч под покровом ночи. В прошлом году c большим успехом прошел незабываемый концерт Владимира Хомякова и выдающегося джазового пианиста Вячеслава Ганелина. В марте этого года гостем программы был замечательный барабанщик из Архангельска Олег Юданов. И вот — долгожданный концерт с участием петербургского контрабасиста Владимира Волкова, который известен в России и за рубежом как участник проектов широчайшего спектра, от этноджазовых до авант-роковых. В последние годы Владимир Волков также входит в состав питерской группы «АукцЫон».

Концерты фри-джаза начинаются в 22:00 и заканчиваются в полночь. Публика на них приходит особенная — проверенная любовью к музыке, к челябинскому органу и уникальным музыкальным экспериментам, виновником которых является Владимир Хомяков. Воздух фойе органного зала всегда наполнен уютным запахом кофе и наэлектризован ожиданием встречи с выдающимися музыкантами современности. Так было и на этот раз.

Концерт Владимира Волкова и Владимира Хомякова начался с музыкальных минут памяти челябинского джазового контрабасиста Владимира Риккера, похороны которого состоялись за два дня до концерта. А в этот вечер Владимир Волков играл на контрабасе Владимира Риккера.

В программе концерта Владимира Хомякова и Владимира Волкова звучали и авторские композиции, но на 75 процентов это был free jazz. Собственно, в этом-то и уникальность проекта — музыка рождается здесь и сейчас, только для тех, кто сидит в зале. В такие моменты абстрактное понимание бесконечности музыкальной гармонии становится очевидной реальностью. При этом ты никогда не знаешь следующего поворота. Это веселит, бодрит, хочется еще и еще зачерпнуть неизвестного до этой минуты музыкального космоса.

В антракте мы встретились с Владимиром Волковым и Владимиром Хомяковым за кулисами. Несмотря на знания, что такое джаз и музыкальная импровизация, всегда есть искушение спросить у исполнителей, а не отрепетировано ли все это было? Ведь как надо чувствовать друг друга, чтобы участвовать в фантасмагории подобного рода?

По словам Владимира Хомякова, для него очень важен не только профессионализм музыканта, но и его человеческие качества, когда речь идет о таких концертах:

— Это как-то чувствуешь при встрече, понимаешь, что с этим музыкантом и человеком у нас все получится.

— Для начала мы встретились с Владимиром Хомяковым в Большом зале Петербургской филармонии, — говорит Владимир Волков. — Это тоже было ночью. Поговорили, поиграли. И стало понятно, что концерт возможен. А услышал я о Владимире Хомякове намного раньше. От Аркадия Шилклопера, других музыкантов, которые играли с Хомяковым. Но его выступлений не видел.

Приходилось ли импровизировать в дуэте с органом? Это был второй вопрос Владимиру Волкову.

— Был такой опыт, играл как раз не так давно, — сказал контрабасист. — Это было в Израиле, мы играли с органистом Борисом Мальковским. Владимир Хомяков с ним знаком. И были какие-то фрагментарные вещи. Но чтобы вот так играть концерт с органом — это второй раз.

— И у Владимира Хомякова, и у вас — прекрасное классическое образование, оба — выпускники консерватории. Чтобы погрузиться в авангард, в джаз, этот классический фундамент необходим?

— Бывают разные случаи. Например, саксофонист Орнетт Коулман не имел классического образования. Были самоучки, но у них другой путь в джазе — преемственность проникновения, слушания, хождение в клубы. Это тоже своего рода классическое образование, но джазовое. Что касается импровизаций с современной музыкой, конечно, на мой взгляд, должно быть фундаментальное образование.

— Когда слушаешь такие концерты, убеждаешься, что музыка подобна космосу, это бесконечность.

— По-моему, второго мнения здесь быть не может. Кстати, я сходил в музей ваш, чтобы увидеть остатки метеорита. Так что космос с нами, проникает везде. И в музыке то же самое.

— Каждое время рождает свою музыку, это тоже процесс бесконечный?

— Бывают периоды стагнации, но и тогда есть какое-то движение, которое не дает человечеству останавливаться.

— В первом отделении концерта на наших глазах рождалось нечто такое, что хотелось запомнить, зафиксировать. Вам жаль, что такие моменты не попадают потом на диск?

— Когда-то это было важно для меня, сейчас уже нет, — улыбается Владимир Волков. — Важнее то, что происходит сейчас. Если только нужно диск сделать, тогда пишем. Но это уже другой вопрос. Я редко слушаю записи, которые были сделаны на концерте, даже если они есть.

— Кем ощущают себя музыканты в процессе концертов, когда рождается новая музыка — экспериментаторами, сочинителями, может быть даже композиторами?

— Слово «экспериментатор», наверное, удобно для того, чтобы подвести в рамки какие-то вещи, кажущиеся странными. Но я бы назвал такие концерты диалогами музыкантов. Сегодня мы с Владимиром Хомяковым пытались говорить языком музыки. Иногда спорили, иногда соглашались. Как в любом человеческом разговоре.

— Сейчас вы активно сотрудничаете с «АукцЫоном». В Челябинск этот коллектив приедет на гастроли в ближайшее время?

— Разговоры какие-то были, но конкретных планов пока нет. В Екатеринбурге мы бываем. А я здесь выступал раза два с трубачом Вячеславом Гайворонским. Один раз мы играли в камерном театре, по-моему. Это был 1993 год, когда весь этот ужас творился в Москве.

— Знаю, что ваш с Владимиром Хомяковым концерт несколько раз переносился по причине вашей колоссальной востребованности. На сколько лет вперед расписаны ваши концерты?

— Примерно на полгода, иногда больше.

— Известно, что вы любите играть только на своих инструментах, но сегодня играете на контрабасе Владимира Риккера. Как он вам?

— Все хорошо. Чувствуется, что на нем играл хороший музыкант. Любой инструмент рассказывает о своем хозяине. И мне этот контрабас понравился.

Владимир Волков в 1985 году окончил Ленинградскую государственную консерваторию им. Н. А. Римского-Корсакова. Стал известен в начале 1980-х годов как участник дуэта Гайворонский — Волков, из которого впоследствии выросло трио Гайворонский — Волков — Кондаков. Также выступал с Сергеем Курехиным, Владимиром Тарасовым, Аркадием Шилклопером, Игорем Бутманом, Пятрасом Вишняускасом, Томашем Станько, Недом Ротенбергом, Казутоки Умецу, Молой Силлой и Саинхо Намчылак. Активно сотрудничает с лидером группы «Аукцыон» Леонидом Федоровым (в последние годы входит в состав группы)и исследователем русского фольклора Сергеем Старостиным. Исполняет барочную музыку на виоле да гамба.

Владимир Хомяков окончил Одесскую консерваторию по классу фортепиано и органа. Наряду с классическим репертуаром часто исполняет произведения современных авторов и новую импровизационную музыку. В 2001 году стал победителем международного конкурса «Jazz & Churchorgan» (Германия). Инициатор, арт-директор, участник международных фестивалей «Джаз на большом органе». Это первые в мире органные фестивали, целиком посвященные джазу во всем многообразии — от джазовых стандартов до свободных импровизаций. С интересом относится к экспериментальным проектам: выступление совместно с квартетом В. Резицкого на «Международных днях джаза» в Архангельске (1995), программы с ведущими музыкантами российской джазовой сцены Д. Крамером (рояль), А. Шилклопером (валторна), С. Пронем (труба), И. Паращуком (саксофон), а также Д. Шмалем (труба, Германия) и другими. Известны и популярны органные транскрипции Хомякова музыки русских композиторов, например «Ночь на Лысой горе» М. П. Мусоргского, «Наваждение» С. С. Прокофьева и другие.